Бескудниковская ветка: железная дорога Бескудниково - Лосиноостровская. The Railway Lost. Artefacts&Evidences. Home Page.

History

Maps

Northern Moscow: Sentimentality & Nostalgy

Email

Beskudnikovo Slobodka Otradnoe Institute for Rail Transport Dzerzhinskaya Losinoostrovskaya

11.03.2017 г.

 

Лирические отступления

 

 

Лосинка и окрестности

 

★★★

 

Лосинка в эмиграции

Воспоминания Александра Чернова (г. Цоран, Израиль)

 

Квартирный вопрос

 

Я уже писал, что квартирный вопрос испоганил вид некогда очаровательных дач и участков, и вот вам классический пример - внутренний вид двора одного из домов.

Дом No. 3, как я уже писал, возведён на месте трёх деревянных домов, некогда бывшими дачами. К каждому из них были добавлены различной функциональности пристройки:  в верхнем правом углу отчётливо виден сруб основной постройки, к нему "присобачен" дощатый тамбур с гордой надписью "кв. No.3" (как мы понимаем, это не предел раздела). В тамбур ведёт шедевр градостроительства - каменно-деревянная лестница. Чуть левее тамбура видна крыша пристройки соседского дома с опять же "прилепленной" кухней и торчащей трубой. Далее видна крыша сарая, а над ним - прямоугольником половина третьего этажа школы No.12. Далее по ходу видна застеклённая веранда второго этажа очаровательной дачи по Первой Медведковской,  а перед ней - кормушка для птиц. В чуде техники - ящике на колёсах с гордым орлом и номером - ваш покорный слуга. Мы не были избалованы магазинными штучками, а обходились своими силами и подручными средствами: самокаты на подшипниках, самодельные клюшки для хоккея и многое другое. Между прочим, кормушка - тоже наших рук дело! В квартире No.3 жил мой друг Валера Кусин. Это он нас фотографировал трофейной немецкой "Лейкой". Его отец кое-что привёз с войны, и в частности, мотоцикл БМВ. Этот знак я знал с детства, и только много позже узнал, что есть такие машины тоже. И тогда "бумер" был "бумером"!

 

Школа

 

Следующая фотография, может быть, и не очень интересна - подумаешь, 4"Б" класс школы No.12, но... Обратите внимание на двухэтажный барак в правом верхнем углу снимка. Примерно треть жилого фонда Лосинки составляли именно такие бараки. И чем дальше по времени от революции, тем меньше дач и больше бараков... Диалектика революционного строительства... В первом (сидящем) ряду девочка ровно посредине - та самая Люба Лебедева, справа опять я. Над нами, во втором ряду, наш педагог Дора Аншелевна Мамлина. На общеклассной фотографии - май 1960 года, всё расцветает, мы заканчиваем начальное обучение! Тогда начальное обучение было четырёхклассным.

 

А теперь на снимке - 1"Б" класс, та же учительница, Дора Аншелевна Мамлина, но это класс, в котором училась моя сестрёнка. 1961 год, ракурс съемки тот же, что и на снимке моего класса, но здесь виден угол школы, кусок огромного школьного двора и наш любимый барак, а за деревьями угадывается контур строящихся пятиэтажек.

 

И ещё одна фотография, но с разворотом на 180 градусов. Снова виден угол, только другой, школы, а за забором - нынешняя ул. Ленская. К сожалению её не видно, так как буйно расцветающий май выстроил живую изгородь.

 

Медведковские улицы

 

Я предлагаю вам немножечко пофантазировать. Итак, на дворе зима, год 1962-1963, и у нас в 6"Б" классе урок физкультуры, а значит - лыжи, и мы выходим из калитки школы 756 (ведь мы уже Москва, и нам поменяли номер) и поворачиваем направо по Медведковской, а вот названия улиц ещё не поменяли, и поэтому к нам, на Нагорную, таксисты иногда привозят совершенно ошалевших от увиденного пассажиров. Те в полной растерянности объясняют, что им сказали, что дом 39 - многоэтажный, а тут... И мы, счастливые от аттракциона, объясняем им, что в Москве ДВЕ Нагорные, и им теперь надо ехать на противоположный край Москвы! Сейчас, по прошествии лет, я понимаю, что таксисты СПЕЦИАЛЬНО везли этих бедняг к нам, - денежки, хи-хи-хи. Но нам пора на урок! По тротуару, по разделительным канавкам и даже кое-где по дороге мы двигались по Медведковской в сторону Яузы. Путь не близкий, и пока мы доедем, давайте чуточку поглазеем по сторонам.

Налево, по ходу, между Первой и Второй Медведковскими, стоят два многоэтажных кирпичных дома, очень похожих на изображённое на картине Анатолия Смелякова общежитие МПИ, только чуток повыше. Дома эти тоже были общежитиями, и, как объяснил мне мой нынешний сосед, а тогда житель Лосинки, Александр Козловский, одно из них было женским, и в нём проживали работницы какой-то ткацкой фабрики в Свиблове, а во втором - железнодорожные строители, те, что укладывают пути.

Если мы на мгновение повернём налево на Вторую Медведковскую и заглянем во двор дома 8, где, к слову говоря, снимал жильё только что упомянутый мною Александр Козловский, то увидим в глубине двора небольшой флигелек. Там расположился масенький еврейский молельный домик. Это нельзя назвать синагогой, именно молельный домик, да ещё и неофициальный, и, значит, - незаконный! Там собирались, в основном, по субботам старики и хотя бы часок имели радость поговорить с Б-гом!

Но вернёмся на Медведковскую и продолжим движение. Между Третьей и Четвёртой Медведковскими полным ходом идёт строительство большого здания из бело-серого кирпича. Сейчас это дом № 15 корпус 2 по Ленской улице и, как вы сами понимаете, первое здание из комплекса зданий 20-ой больницы. Сдадут его, по-моему, в этом же году к октябрьским праздникам, а нас, учеников уже седьмого класса, будут "пригонять" на уборку территории внутри и снаружи.

Ну, а пока зима, и мы продолжаем движение по Медведковской в направлении к Яузе. Маленькое замечание: я называю улицы так, как мы их называли, никому не приходило в голову сказать: "Я пошёл на Вторую Медведковскую УЛИЦУ", или "в Девятый Ватутинский ПЕРЕУЛОК." Говорили проще: 9-ый Ватутинский, 2-я Медведковская. Итак, мы движемся по Медведковской и доходим до переезда через железнодорожные пути. И тут у меня лёгонький пробел в памяти - то ли это был регулируемый переезд, то ли нет... И ещё один пробел - школа! Та самая школа, о которой напоминает фотография из архива TanyaA. Саму школу я запомнил очень хорошо: одноэтажное здание внутри деревянного палисадника. Само здание, если я не ошибаюсь, засыпное. Но вот где она стояла - то ли до переезда, то ли после, - пробел. А школу я запомнил потому, что по сравнению с нашей, 12-ой, эта производила жалкое впечатление, и я гордился.  Человеческая натура - штука мерзкая, даже у ребёнка...

Ну, а дальше дорога делала поворот налево, уходила в сторону Свиблова - Медведкова, а мы, проехав ещё немного прямо, с визгом и хохотом скатывались с крутых берегов в пойму Яузы! Занятия часто превращались просто в катания с горы и прыжки с трамплинчика! Но до сих пор я вспоминаю эти уроки со счастливой улыбкой! Зима, снег, лёгкий морозец и румянец в обе щеки!

 

Прудик безымянный

 

Я хочу вам предложить вернуться на Четвёртую Медведковскую и повернув направо по ней двинуться в сторону Москвы. Мы ещё очень долго так все и говорили: "Ты куда собрался? Я? В Москву", или: "Ты откуда? Я из Москвы" Вы будете смеяться, но до сих пор я часто называю свой городок Лосинка, а если мне надо в большой соседний, то я говорю, что я в Москву! Сила привычки, или любви...

Итак, мы движемся в сторону Москвы, на дворе лето, год 1957, вокруг девственно деревянная окраина Лосинки, и вдруг на углу Четвёртой Медведковской и улицы Разина - многоэтажный, кирпичный, многогранный дом, да ещё и с продовольственным магазином на первом этаже! Просто чудо какое-то! И название у него какое-то необычное "Центросоюз". Почему в этой глуши был построен этот дом, какого "союза" был этот "центр", кто жил в этом доме, не знаю. Был молод, чтобы меня волновали эти вопросы, но... То, что этот магазин был не хуже чем Балан я слышал от своих родителей. А пользовались услугами этого магазина жители Улиц Разина, Спартаковской, Институтской (те, кому было ближе сюда, чем к Балану), 2-й, 3-й и 4-й Медведковской и, естественно, старой улицы Бабушкина (но это на участке от Институтской до 2-й Медведковской). Вот и всё, что можно сказать о улице Разина. В отличии от человека, чьим именем она была названа, была она тихая, зелёная, вся в садах и огородах. Занятно, но нынешняя Печорская по своей ширине практически повторяет ширину улицы Разина.

А мы уже дошли до Спартаковской (тоже деревянная, садово-огородная, правда, с одним занятным домом посредине) и круто поворачиваем направо в направлении к Яузе и тут у меня больше вопросов, чем ответов. На карте Константина Кузина там ничего нет, а у меня в памяти некий квартал двухэтажных домов с благоустроенным двором, который нужно было пройти, чтобы выйти на дорогу идущую вдоль Яузы по направлению к мосту через неё. Дорога к мосту не доходила, а сворачивала налево в сторону Свиблова, а мы с вами повернём направо (не доходя до моста) и спустимся вниз. Пришли!

А теперь возьмем самую первую карту в разделе "карты" и посмотрим на неё. Слева от дороги, перед Яузой мы видим знаменитый пруд Холодок в Институте Пути, а справа - маленький прудик, он и тогда был не более 40 метров в диаметре и половина его заросла всякой водяной растительностью, но вторая половина позволяла КУПАТЬСЯ!!! Вот куда, несмотря на строжайший запрет матери, я приходил купаться! Не плавать, нет! Именно купаться-плескаться! Чёрт знает, как я попал сюда, кто показал мне дорогу, но я здесь бывал! А вот до "Холодка" я уже добрался намного позже, в году 68-69... Как я не боялся добираться сюда с Нагорной в восемь лет... Надо отдать должное маме - она всегда знала, что я нарушил запрет и мотался куда-то искупнуться! Как - долгие годы было для меня загадкой, и только много лет спустя она открыла мне секрет: после купания я приходил домой с ЧИСТЫМИ коленками! В этом прудишке водилась рыба, и рыбаки ловили её удочками, а почти посредине пруда бил холодный ключ. Расстался я с этим прудиком несколько трагично. Как - то раз паре поддатых пацанов не очень понравился шумливый жидёнок и они малость притопили меня... Было плохо и страшно... Больше я туда не ходил.

А совсем недавно я напал на очаровательный рассказ о Медведковском ручье и советую его прочитать. Лично я после прочтения окончательно понял доселе непонятное мне происхождение пруда между нынешней Радужной и Новым Беринговым проездом. А что касается моего прудика, то я был уверен, что это остаток некогда полноводной Яузы, а оно - вон оно как! Как приятно узнать что-нибудь новое!

 

Где ты, старый рынок?

 

Full Image

Фрагмент карты Константина Кузина.

 

Я собрался с мыслями, провёл кое-какие консультации, и готов продолжить свой рассказ о Лосинке 50-60-х годов. Мы расстались с вами на небольшом прудике у моста через Яузу, а теперь мы снова вернёмся на Четвёртую Медведковскую и дойдём по ней до пересечения со Второй Ватутинской (см. карту Константина Кузина) и тут, перед тем, как мы пойдём вверх до Бабушкинского рынка, остановимся на минуточку и оглядимся. Прямо перед нами, точнёхонько на том самом месте, где сейчас располагается станция метро "Бабушкинская" со всеми своими выходами, находилась территория, просто готовая для съёмок фантастических фильмов о других планетах. Представьте себе гигантских слонов, метров по двадцать высотой, потоптавшихся в размокшей глине! Потом это всё застыло, потом впадины заполнились водой, и в таком виде это всё предстало перед вами!

Вот такой пейзаж встречал вас при подходе к Раевскому кладбищу. Меня до сих пор мучает вопрос: почему погибших на станции "Лосиноостровская" в декабре 1941 года похоронили на Раевском кладбище, а не на Бабушкинском, которое совсем рядом, или, к примеру, на Перловском? Почему так далеко? Много лет спустя погибшие ещё раз спасли живых. Когда началось большое строительство, кладбище собрались закрыть (это значит стереть с лица земли). Родственники покоившихся на кладбище были в ужасе. И закрыли бы, но братская могила спасла. И теперь живые спокойно могут ходить проведывать ушедших. В 2006 году мы посетили Раевское кладбище, у нас там есть могила. Чисто, ухожено, как и положено по отношению к живым родственникам.

А что касается этого фантастического пейзажа, то он привлекал к себе, в первую очередь, аквариумистов! Нас там всегда было. Зрелище презабавное: с десяток Дуремаров с сачками и ведёрками. В этих болотцах в неимоверном количестве проживали дафнии и циклопы - самый-самый корм для рыб! Рыб частично кормили живым кормом, остальное сушили и скармливали в сушёном виде. Ничто в этом мире не проходит бесследно! Когда построили метро и жилые дома, то совсем рядом, "за углом", по нынешнему адресу: Староватутинский 13, открыли зоомагазин, и я по старой традиции ездил туда за кормом для рыб!

Ну, а теперь давайте с вами повернём направо, по направлению к станции, и, пройдя один квартал по Второму Ватутинскому, пересечёмся с Третьей Медведковской (прямо стриты и авеню)! Поздравляю вас, мы пришли на Бабушкинский колхозный рынок. Воспользовавшись помощью коренных лосинковцев, мы воссоздали примерный план рынка образца 50-60-х годов (до того момента, когда улица Менжинского прошла через рынок и отрезала от него здоровенный кусок, положив, тем самым, начало конца). Прошу не забывать, что на тот момент мы были детьми, и не всё интересовало нас, а поэтому и не фиксировалось с должным вниманием. По ходу моего дальнейшего повествования я дам слово каждому, и вы постепенно познакомитесь с нами. А сейчас давайте зайдём на рынок.

 

 - контора

 - павильон "Молоко", магазины уцененных товаров, скобяных товаров и ещё что-то

 - овощные и фруктовые ряды

 - зелень (петрушка, укроп, редис и т.п.)

 - всякая всячина,

 - сезонная торговля,

 - павильон "Мясо", магазины "Ткани", "Комиссионный", "Ремонт обуви"

 - фураж

 - запасные ворота

 - основные ворота и калитка

 

Итак, мы с вами через калитку (9) входим на рынок. Если дело происходит в весенне-осенний период, то сразу справа (5а) приехавшие из Подмосковья грибники продают свою добычу. Моя мама, например, плохо разбиравшаяся в грибах, покупала у них лисички, так как вычитала в книжке, что лисички не бывают ядовитыми. Тут же можно было купить мочалки для помывки (как из губки, так и из настоящего мочала) и вообще много всякой всячины. Дальше справа и слева шли разнообразные магазины и павильоны. Например, в строении, отмеченном (6), по ходу движения находились: сапожная мастерская, комиссионный магазин, магазин "Ткани", торговавший "лоскутом" (остатками), мясной павильон. В строении, отмеченном (2), находились магазин скобяных товаров, "уценёнка", ещё что-то и молочный павильон. В торговых рядах, помеченных (3), продавались овощи и фрукты, а в рядах, помеченных (4), - зелень (в прямом смысле этого слова). Помещение, помеченное (7), имело колоссальное значение для владельцев личного скота - здесь продавался фураж.

"Галочка". Если уж и впадать в ностальгию об ушедших Лосинке, Медведкове, Ватутине, Челобитьеве, - то только по одной простой причине: они были кормильцами Москвы! ВСЁ, что продавалось на Бабушкинском рынке, было СВОЁ!!! Два раза в неделю к нам домой приходила молочница с бидоном и, пока, налив нам три литра ПАРНОГО молока, она "зацеплялась" языком с мамой, я успевал отпить с литр этой прелести! Мама ругалась: молоко надо кипятить! А для меня ПАРНОЕ молоко было слаще всего! Вот пишу, а слюни капают... Никогда больше мне в жизни не довелось испить парного молочка... В году 63-64-м молочница пришла в последний раз, принесла молочка и, заплакав, сообщила маме, что вынуждена продать корову... Их переселяют...

"На старом рынке". Картина лосинковского художника Анатолия Смелякова.

Слева - "Промтовары", прямо - "Мясо".

 

На улице Разина жила наша знакомая, и у неё была самая настоящая коза! Я частенько забегал к ней съесть кружечку малины, нарванной мною же в саду, и запить это козьим молоком! Вот это всё, действительно, жалко!

Ну, а теперь давайте вернёмся на рынок. Пройдя мимо конторы рынка (1), мы обязаны заглянуть в туалет. Это трагедия - общественные туалеты открытого или полуоткрытого типа: засыпанные хлоркой так, что пребывание в них более трёх минут грозит летальным исходом! Почему при таком развитии науки хлорка до сих пор является любимейшим средством дезинфекции - загадка!

И, прежде чем мы покинем рынок, небольшая история. В году примерно 58-59-м мой папа пошёл на рынок и... пропал! Час, второй, третий - а папы нет! Мама уже не знает, куда рвануть. Ну, бывало, мы все, попав на рынок, встречали кого-нибудь из знакомых и, "перетерев тему", как сейчас модно выражаться, расходились по домам. Ну, полчаса. Ну, час! Но не три! И тут появляется папа без продуктов, но с невероятных размеров коробкой! Как он её допёр до дому - загадка! И когда он поставил её на стол и открыл - мама простила ему всё! Я ещё не встречал в своей жизни женщин, не приходивших в восторг при виде хорошей посуды! Коробка была полна посуды! Столовый и чайный сервизы, мельхиоровые комплекты ножей, вилок и ложек различных размеров, бокалы из цветного хрусталя - короче, это было что-то!!! Оказывается, в это время один из самых элитных ресторанов Москвы "Метрополь" менял свою посуду, и вся старая пошла "на списание". Но так как её было много, а часть - вообще новая, то её продали населению через "уценёнки", то есть за гроши! Папа оказался в нужном месте в нужное время и отхватил эту прелесть! Нам было всё равно, что на тарелках был значок "Интуриста", а на черенках ложек, ножей и вилок значилось "Метрополь". В этом был даже особый шик! Я думал послать пару фотографий этих предметов, но перед отъездом вся посуда была роздана... Мне не с чего сделать снимки - поверьте мне на слово. Между прочим, именно по этим тарелкам я запомнил значок "Интуриста".

 

Примечание Северян.

Безоговорочно верим на слово и предоставляем собственные доказательства.

Да, сделано в ГДР ("Мадэ ин ГДР", как говорило довоенное и послевоенное поколение, изучавшее в школе немецкий язык). Табуретка, на которой запечатлена тарелка, - середины 1950-х годов. Творчество прадеда. К Лосинке предмет мебели отношения не имеет, ибо происходит из самого центра Москвы, но вот к эпохе имеет отношение самое непосредственное. Табуретку вместе с северянскими предками сослали в середине шестидесятых в Бескудниково.

 

Майский тупик

 

А теперь мы покинем Бабушкинский рынок и, выйдя из калитки, повернув налево, пошагаем в сторону станции.

"Галочка"! Мне кажется, что я могу поставить точку в обнаружении и местонахождении Майского тупика. Дело в том, что в разделе "Лирические отступления", в главе "Майский тупик", написанной Михаилом Ман.'ом, есть фотография указателя с надписью "Майский тупик 300 м" и стрелочкой, указывающей, что надо двигаться прямо по ул. Менжинского. И, если вы последуете этому совету, то дойдёте до дома No.19 к. 1 (как указано на "знаменитой" карте 1996 г.). Не знаю, что там сейчас, но в мою бытность там на углу был продуктовый магазин с главным богатством на то время - винно-водочным отделом, а дальше - дом No.21 к. 1, в нём на углу была "Пельменная" (которая, по словам Сергея Лапина, существует до сих пор, по крайней мере - до осени 2007 года), где так называемыми пельменями, а в просторечии - "кляпиками", особо богатые клиенты закусывали купленную напротив водочку! Так вот, проход между этими домами, упирающийся в забор детского сада, и есть Майский тупик! Посмотрите внимательно на самую первую карту в разделе "Карты", на ту самую, куда вносились разные разности по следам "трёхвагонки". Там этот тупик указан такой ширины, что можно подумать, что это не тупик, а по меньшей мере трасса всесоюзного значения! Игнорируя забор детского сада, он упирается в ул. Ленскую, а другим концом, пересекая ул. Менжинского, упирается в скромную дворовую дорогу. На карте 1996 года он ведёт себя значительно скромнее: как и положено тупику, он указан похудевшим и доходящим только до забора! И, ко всему прочему, он ещё и безымянный!

 

Фрагмент карты 1996 года.

 

Но двинемся дальше. На пересечении с Первой Медведковской, на левой стороне по ходу нашего движения, находилось общежитие Плодоовощной базы, что была расположена у Северянинского моста. Вот в этом общежитии, в году 67-м, я и услышал впервые фамилию Лужков. Работники базы очень тепло отзывались о своём начальнике! У них, например, в отличие от других, не было "текучести кадров", или, говоря простым языком, люди дорожили своим местом... А с правой стороны по ходу, в серенькой кирпичной пятиэтажке, выходившей торцом на Менжинского, - не знаю, жива она или нет, - находилось 61 отделение милиции, где я в 1965 году получил свой первый паспорт. Ну, а мы с вами достигли территории сквера, что раскинулся справа по ходу нашего движения, и мы поворачиваем в него. В те годы сквер занимал территорию, ограниченную нанесённой красной линией.

Красный прямоугольник - та самая детская поликлиника, о которой уже не раз вспоминали, а кружочек - памятник Сталину. А теперь представьте: на дворе 1953 год. Зима, конец декабря, и на пороге Новый, 1954-й! Весь сквер - это новогодний ёлочный базар. Именно в этот год приехавшая к маме в гости тётя Маня пошла со мной на этот базар и закупила не только ёлку, но и такое количество ёлочных украшений, что их хватило аж до 1991 года! И, только собираясь в путь, игрушки эти оставили...

Сквер был огорожен невысокой, примерно 50-сантиметровой высоты, чугунного литья, изгородью. Это были пятиконечные звёзды, соединённые между собой орнаментом. Я думаю, что и сейчас, при посещении небольших городов России, можно встретить подобную изгородь. А теперь обратим свой взгляд на "Красный дом". Мои попытки узнать хотя бы приблизительную дату постройки не увенчались успехом, но, пользуясь методом сравнения, приходишь к выводу, что это середина тридцатых годов. Сталинский конструктивизм. На моей памяти в нём располагались с севера на юг: детский сад, магазин "Детский мир", почта, продовольственный магазин, взрослая поликлиника, наверняка что-то ещё, что я забыл... Потом происходила ротация, в частности, взрослая поликлиника перебралась в дом напротив (нынешний угол Ленской и Бабушкина д. 1/19), детская из сквера перебралась в "Красный дом". И туда же, но с внутренней стороны - военкомат. При не очень большом количестве "капитальных" строений в Лосинке находиться в "Красном доме" было не только комфортно, но и престижно! О жильцах я уже и не говорю. "Он живёт в "Красном доме", - звучало как знак отличия. А то, что там были коммуналки по принципу "вороньей слободки", - так вся страна так жила.

Как всё-таки приятно осознавать, что я практически не ошибаюсь даже в своих предположениях: заглянул на сайт Управы Лосиноостровского района (абсолютно новое для меня понятие), и там в статье о возникновении посёлка Лосиноостровск (а ведь правильно Лосиноостровское?) прочитал: "...и в это же время управление Метростроя начало возводить для своих сотрудников пятиэтажный кирпичный дом на углу Медведковской улицы (ныне улица Ленская). На первом этаже этого дома разместилась поликлиника, почта, радиоузел и магазин".

Ну, вот, мы практически "закольцевали" наши прогулки возвращением к школе No.12.

 

"Больничка"

 

Приглашаю всех прогуляться от сквера у "Красного дома" вверх по Осташковскому шоссе в сторону Москвы. Вперёд к "Балану".

И начнём мы нашу прогулку с посещения хлебозавода, о котором уже рассказывал в своих заметках Сергей Лапин. Как вкусно пахло свежевыпеченным хлебом на подходе к заводу! Располагался он на противоположной стороне от "Kрасного дома" и окружён был по периметру забора с трёх сторон различными частными сарайчиками. Это давало нам, мальчишкам, возможность, забравшись на крышу какого-нибудь сарая, заглянуть во двор хлебозавода и, если повезёт, то и пообщаться с рабочими, перевозившими свежеиспечённый хлеб в специальных каталках-контейнерах из помещения, где хлеб выпекали, до помещения, где его расфасовывали. Если у мужиков настроение было приличным, то нам перепадало пару-тройку буханок только только испечённого обжигающе горячего хлеба! Это потом я узнал, что такой хлеб вреден, и можно получить заворот кишок, но тогда... Лёжа на крыше и разглядывая синее синее небо, мы упивались вкусом этого чуда - свежеиспечённого хлеба! Вот написал про хлеб, а память мгновенно перенесла меня на противоположную сторону Осташковского шоссе.

"Галочка". Примерно на том месте, где сейчас стоит АТС, стоял коммунальный барак, и среди прочих проживала в нём многодетная семья. Как их звали, сколько у них было детей - не помню, но помню, как папашка ихний целыми днями сидел на крыльце и бренчал на балалайке, а рядом стояла ихняя мамашка и покрикивала на голозадых, чумазых и вечно сопливых детишек. На что они жили, что они ели - я не знаю, но помню только один эпизод, перевернувший мне душу. Было мне лет десять, и проходил я как раз мимо их дома, а навстречу мне шёл мальчишечка лет пяти. В засаленной и рваной рубашонке и, в добавок, без штанов, а в руках он держал кусок хлеба. Он держал его, как держат пирожное. Глазёнки его сияли, и рот был растянут улыбкой. Мы поравнялись, посмотрели друг на друга, и он радостным голосом сказал: "А у нас сегодня - БЕЛЫЙ ХЛЕБ!!!" Как же я плакал в тот день от жалости к этому мальчику... Как же я плакал... А потом барак снесли, снесли и рядом стоящий, и на их месте поставили АТС. Где эта семья получила жильё и что с ними стало дальше - не знаю, но к хлебу отношусь с тех пор с особым трепетом и буквально физически страдаю, когда вижу как в грязь летит батон, или когда хлебом играют в футбол.

Так, попробуем отвлечься от плохого и продолжить нашу прогулку. Как я уже отмечал, интенсивное новое строительство началось в Лосинке после её присоединение к Москве, до этого новостройками Лосинку баловали несильно, и поэтому Осташковское шоссе сплошь состояло из домов деревянных, и только редкие "вставные зубы" вроде магазина Балана, Красного дома, дома 11 по нынешней ул. Бабушкина, школы 4 (угол Советской и Осташковского шоссе) украшали пасторальный вид. Отдельно несомненным украшением шоссе служило здание ветеринарной лаборатории. О нём я рассказывать не буду, а отправлю вас к воспоминаниям Сергея Лапина, он подробно описал этот район.

Итак, мы движемся с вами по направлению к "Балану", и справа, и слева от нас заборы, большие участки земли и в глубине - дачи или очень добротные бревенчатые дома (см. фотографию из материалов Сергея Лапина). Справа по ходу мы приближаемся к Бабушкинской городской больнице. Я уже немного рассказывал о ней, а теперь пришло время подробностей. К сожалению, и моя память избирательна, и она даёт сбои, я, например, запамятовал номер больницы, кажется, 4, но то, что после присоединения к Москве больница носила номер 20 - это точно. Потом она "отдала" этот номер нынешней двадцатке. Территория, на которой располагалась больница, складывалась постепенно. Сначала непосредственно к зданиям больницы от Осташковского шоссе вела дорога, по сторонам которой справа и слева располагались дома, но постепенно дома сносили, участки, покрытые садами, не трогали, и к концу пятидесятых, перед присоединением к Москве, территория имела вид приблизительно, как я указал на карте. Для наглядности даю поэтапные изменения с начала пятидесятых и до конца шестидесятых и вписываю это в современную карту. Как жаль, что я далеко от Москвы! Мне бы сейчас взглянуть на эти места - я бы быстро отыскал артефакты! На дворе 1961 год, и мы с вами входим через главные ворота на территорию больницы в период её наивысшего расцвета! За нашей спиной остаётся Осташковское шоссе, отделённое от территории больницы новеньким железобетонным, выше роста человека, последним словом градостроительной техники, забором! Правда, денег, видимо, хватило только на фасадно-парадную часть - слева и справа забор деревянный, отгораживает больницу от соседних домов и бараков, но вдоль Нагорной улицы - опять железобетон, причём, этот, в отличии от парадного - "глухой". Да! А деревянный забор - это не больничный, а частнособственнический! Не спеша, направимся по дороге к корпусам и посмотрим направо и налево.

 

Реконструкция Александра Чернова, 2008 г.

 

Слева по ходу (цифра "1") мы увидим свежепосаженные деревца. Нет-нет, не фруктовые, но какие, сказать точно не могу. А вот справа (2) - замечательный фруктовый сад - яблони, сливы и что-то ещё, чему просто не давали созреть и обрывали зелёным. "Галочка". В 1964 году, в связи с этими недозрелками, произошёл со мной грустно-анекдотический случай, получивший продолжение аж в 1975-м! В общем, шёл я как всегда по тропиночке через сад (отмечена коричневой полоской) домой на тогда уже Доронина и был я страшно зол! На кого? За что? Да хоть убейте, не помню! А только сорвал я с дерева пригоршню абсолютно зелёных даже ещё и не яблок, а так, что-то типа завязи и сжевал я их, продолжая злиться, даже вкуса не заметив. Утром пытаюсь я встать с постели - не могу! Живот болит, и меня всего скрючило! Мой папа хватает меня, и мы тихохонько топаем в детскую поликлинику в "Красный дом". Осмотревший меня хирург (пожилая и опытная женщина-врач) немедленно вызвала скорую помощь, и меня отвезли в 20-ю больницу с диагнозом АППЕНДИЦИТ! Дежурный хирург подтвердил диагноз и предложил немедленно меня ОПЕРИРОВАТЬ! Стало мне вдруг тоскливо, и я попросил отца, чтобы он отвёз меня в детскую Филатовскую больницу. Почему меня потянуло в Филатовку? Почему отец согласился - объяснения нет, но папа взял такси и повёз! А там - дежурный хирург, здоровенный мужик с ОГРОМНЫМИ лапищами, основательно меня помяв, вдруг спросил: "А ты что вчера ел, подлец?" Я судорожно перечислил всё, что вспомнил, и в завершении списка добавил: "Яблочки..." "Какие яблочки!?" "Зелё-ёные-е..." "Сколько!?" "Штук двадцать". "Клизму, гаду!!!" И мне влепили клизму по самое некуда! Куда исчез мой аппендицит, не знаю, но боль прошла, и мы поехали домой. Мы ехали и молчали. Папа (да будет светла его память) сидел с серым от переживаний лицом, а я был весь красный от стыда: здоровый пятнадцатилетний дурак, натрескавшийся "яблочек"!

Но жизнь не стоит на месте, и вот продолжение истории. В 1975 году у моего друга рождается ребёнок. Друг привозит его из роддома (между прочим, роддом 20-й больницы) домой и разворачивает при всех. Раздаётся общий вздох - ребёнок весь в синяках, как будто его били! Молодая мамашка в рёв: "Уронили кровинушку!" Тогда я, на тот период папаша с двухлетним стажем, хватаю мамку и мальца и на такси в Филатовку, а там!.. Тот же хирург, да ещё и с целой свитой студентов! И тут началось! Берёт он этого недельного пацанчика, кладёт его животом себе на ладонь (а ладонь у него - ого-го!), поднимает его над своей головой и, вращая в разные стороны, начинает разглядывать. У малыша ручки, ножки болтаются как верёвочки, головка на шейке - ниточке телепается, мамашка в полуобморочном состоянии, практиканты дар речи потеряли, у меня всё внутри оборвалось - того гляди сейчас что-нибудь оторвётся, а врач и спрашивает: "Ты, мамаша, когда рожала?" Та в полу-истерике отвечает: "Ик, двадцать третьего". "Да я тебя день недели спрашиваю." "Ик, в понедельник я рожала, ик, утром в понедельник". "Тогда всё ясно! - И, обращаясь к студентам, сказал: - Коллеги опохмелиться торопились, руками тащили, вот и захватали! Ну, запеленайте его, через неделю всё пройдёт." Все стояли потрясённые, и тогда, хмыкнув, он в долю секунды запеленал ребёнка...

Мы ехали и молчали. О чём думала молодая мама я не знаю, а я гордился доктором. Я гордился тем, что живу в стране в которой рождаются такие доктора! Между прочим эта гордость не покинула меня и поныне.

Но вернёмся на "больничку". Слева по ходу (на плане цифра "3") росли красивой подковой кусты, видимо, остаток некогда придачного ландшафта. Это только моё предположение, так как я помню только эти кусты. А вот цифрой "4" я отметил потрясающей красоты кусты черёмухи с лавочкой под ними! Вожделенное место всех влюблённых! Даже тот, кто ещё сомневался в своих чувствах, после посещения этого места, да ещё и в период цветения, навсегда отдавал своё сердце предмету страсти! Опять же слева (цифра "5") стоял двухэтажный барак. Когда-то, видимо, он служил общежитием для медперсонала, но в описываемое время часть здания была занята под нужды больницы. Жильцы постепенно получали жильё, и освобождавшуюся площадь (разговор идёт о первом этаже) передавали больничным службам. Вот в этом бараке я впервые услышал Владимира Семёновича Высоцкого. Я пишу эти строки как раз 25 июля - в день его ухода от нас и прошу у всех прощения, но я не могу не сказать пару слов по этому поводу. В бараке проживал замечательный радиолюбитель, дядя Саша. Он в то время, например, собрал себе трёхскоростной магнитофон, и вот из этого магнитофона мы и услышали песни Высоцкого. Я уже упоминал, что блатняк и блатные песни были для нас не в новинку, но вот песни Высоцкого просто заставили себя слушать, и знаете, чем? Иронией! Настоящая блатная песня - это как аргентинский сериал, где каждую секунду страсти рвутся в клочья и всё на полном серьёзе, всё по-взрослому... А у Высоцкого над всем над этим парит ирония и заставляет слушателя задуматься... Вот так вот Высоцкий окончательно и поставил крест в моей судьбе над всей этой псевдоромантикой блатного мира. Я иногда ещё могу спеть какую-нибудь старую блатную песню, но уже никогда серьёзно, а обязательно с улыбкой хотя бы в уголках губ. И ещё по поводу записи на магнитофоне дяди Саши, это была запись с концерта Высоцкого во ВГИКе, а ВГИК ведь совсем рядышком с Лосинкой, да и общага...

Ну а теперь посмотрим на здание, обозначенное цифрой "6". Оно живо и поныне и фигурирует в разных ракурсах в разделе "Скорая помощь" на Печорской". В разное время там располагались операционные, палаты интенсивной терапии, послеоперационные палаты, но после присоединения к Москве началось перепрофилирование больницы в сторону гинекологии. Сначала под это отделение отдали новый корпус, о строительстве которого я уже писал (на плане цифра "9"), а потом и старый корпус тоже. Но давайте ещё чуточку пройдём мимо и посмотрим налево (цифра "7"). Это гараж на три грузовые машины. Добротный, каменный, с высокой крышей. Не знаю, было ли там удобно машинам, а нам, в юном возрасте и зимой, было по кайфу! Как было клёво сигать с крыши в наметённые дворником сугробы! Прыгали не просто так, а с выкрутасами - кто посложней да поизящней! Я думаю, что по зрелищности это не уступало прыжкам в воду с трамплина! А дальше (8) - котельная, Для нас зимой это был главный пункт обогрева. Замёрзнув, мы прибегали в расположенный в котельной туалет и в кабинке с окном и подоконником отогревались. Про так понравившейся бревенчатый сруб (9а) я уже писал, да и про "розовый домик" (10) - тоже. Хочу ещё на мгновение задержаться на снимке сделанным со стороны Печорской. Печорская улица прошла точно по нашему футбольному полю. На схеме оно помечено цифрой "11". Не смотря на то, что там были высажены какие-то деревья, мы самозабвенно гоняли там в футбол! Бедные послеоперационные больные! В каком оре они вынуждены были лежать! Но самое удивительное - нас никто не гонял! Более того, в одну из зим мы умудрились залить каток! Вот как хотелось! Вёдрами с колонки (та самая, на Нагорной, на схеме - No.12), все в воде и сосульках! Как мы только не заболели?! Спасибо тебе, "больничка" за уроки жизни, за то, что ты была в моём детстве!

 

***

 

9 февраля 2008 года. На остановке у магазина "Реал" ("Сигнальный проезд") - гость из прошлого: автобус Лосиноостровск - гостиницы ВДНХ. Надо сказать, замечательный экскурсионный маршрут!

 

продолжение

 

назадвперёд

 

Скачать книгу А. Чернова "Лосинка моей памяти" (~15 Мб в формате pdf)

 

Воспоминания Сергея Лапина

 

Лосинка: г. Бабушкин, ст. Лосиноостровская, пл. Лось, Джамгаровка, Ватутино и окрестности

 

Page 1. Page 2. Page 3. Page 4. Page 5. Page 6. Page 7. Page 8. Page 9. Page 10. Page 11. Page 12. Page 13. Page 14. Page 15. Page 16. Page 17. Page 18. Page 19. Page 20. Page 21. Page 22. Page 23. Page 24. Page 25. Page 26. Page 27. Page 28. Page 29. Page 30. Page 31. Page 32. Page 33. Page 34. Page 35. Page 36. Page 37. Page 38. Page 39. Page 40.

 

Лирические отступления

 

07-31.05.2008, 18.06.2008

 

  ©   2 0 0 8   C е в е р я н е  

To the top of the page

 

Created by © De Noorderlingen, 2004, 23 April

© 2017-03-11 De Noorderlingen/Северяне