Northern Moscow & The Beskudnikovo Branch Line

History

Maps

Northern Moscow

Mail

Beskudnikovo StationSlobodka StationOtradnoye StationInstitute Puti StationDzerzhinskaya StationLosinoostrovskaya Station

12.10.2017 г.

 

Лирические отступления

 

 

Марьина роща и окрестности

 

 

Исторический экскурс

 

★★★

 

Деревня Марьино

Очерк К. Виноградова. Издание кружка

<Останкинско-Марьинского краеведческого кружка при музее-усадьбе «Останкино».

М., 1929. Музейный п/отдел «МОНО»>

Книга скопирована из фондов Российской государственной библиотеки.

 

Останкинский дворец создан усилиями многих крепостных деревень Шереметева, разбросанных в семнадцати губерниях. Одна из деревень, ближайшая к Останкину, – дер. Марьино принимала активное участие в создании и отделке дворца, выдвинувши значительную рабочую силу в лице резчиков, позолотчиков и др.

В течение трехсотлетнего существования жизнь ее тесно была связана с жизнью Останкинской усадьбы.

Марьино расположена на р. Копытовке, правом притоке р. Яузы, на расстоянии 1,6 км от дворца – Останкино к югу, в 6,9 км от Кремля к северу, в 1,9 км от Крестовской заставы к северо-западу, в 2,6 км от р. Яузы к юго-западу. Теперь она – часть Сокольнического района гор. Москвы.

До 1917 г. Марьино входила в состав селения Ростокинской волости, а до 1861 г. – в Останкинскую вотчину гр. Шереметева.

В конце XVI в. это место числилось как пустошь. В XVII в. здесь было уже селение под именем Бояркино, или слобода Марьино. В XVIII и XIX вв. население, находясь в крепостной зависимости – сначала от князей Черкасских, а потом с сороковых годов XVIII столетия от Шереметевых, – строило свою жизнь под влиянием двух социальных факторов: помещичьего хозяйства и города Москвы как одного важнейшего торгово-промышленного центра.

В 1861 г. наступает перелом в жизни крестьян. В 1882 году в Марьине ликвидируются временнообязанные отношения с помещиком Шереметевым, но все же близость владений последнего и после 1882 года сказывается на их как экономическом положении, так и идеологии. Только революция 1917 г., при руководящей роли в ней городского пролетариата, окончательно ликвидирует социальный фактор в виде помещичьего землевладения.

Остается главный регулятор жизни деревни Марьино – торгово-промышленная жизнь города Москвы, но только социальная сущность этого фактора меняется: на место буржуазной экономики и идеологии старой Москвы идет пролетарская, социалистическая экономика и идеология.

Внутренно и внешне деревенское лицо Марьино стирается, оно принимает городской облик. Внешний вид ее пока еще полудеревенский, полугородской.

На заре своей жизни в XVII в. она – типичная подмосковная барская деревенька. В переписных книгах 1678 г. о ней пишется: «В слободе Марьиной, Бояркино тож, два двора служних, двадцать дворов бобыльских, людей в них – семьдесят один человек, да в тех же бобыльских дворах – восемь человек захребетников, людей – двадцать человек, двор скотный, людей в нем – 2 человека».

В ней наряду с крестьянами-землепашцами имеются и ремесленники: резчики, иконописцы, шорники.

В XVIII в. было в ней дворов от 27 до 12, а населения – от 148 до 62 человек. Среди него были: резчики, позолотчики, иконники, котельщики, слесаря, столяры, оловянишники, точильщики шпаг, сапожники, чеканщики, а среди женщин – ткачихи и вязальщицы.

Барин по своей воле выселял и вселял в деревню кого хотел.

Хлебопашество, скотоводство и ремесло были главные занятия.

К Шереметеву, в Останкинскую вотчину, крестьяне ходили не только для садовой работы, но несли караул, дорожные повинности, а ремесленники работали по своей специальности. Барин их эксплоатировал не только как хлебопашцев, но и как ремесленников. Ему хотелось увеличить в конце XVIII в. площадь посева овса, и поэтому он предлагал марьинским крестьянам корчевать пни от д. Марьиной по направлению к Марьиной роще.

Когда же Н. Шереметев отделывал дом и театр в Кускове, а также строил Останкинский дворец, то он использовал таких крупных марьинских резчиков, как Иван Мочалин, Иван Мозохин и др.

В первой половине XIX в. хлебопашество, скотоводство и ремесло играют господствующую роль. Дворов в это время было от 14 до 25 и во вторую половину увеличилось до 40.

Население в 1800 г. было 102 чел., из них крестьян – 87, дворовых – 15; в 1848 г. – 210 чел., из них крестьян – 160, дворовых – 50; в 1861 г. – 169 чел.: крестьян – 131, дворовых – 38. К концу XIX в. население выражалось в количестве 358 человек.

В первой половине XIX в. население еще жило в деревянных домах, крытых соломой из собственного хозяйства. Крестьяне еще в 1857 г. высеивали 27 четвертей ржи, 81 четверть овса и 40 четвертей картофеля (*четверть – мера объема сыпучих тел (примерно 210 литров) либо мера веса (в разное время равнялась 8 или 12 пудам; 1 пуд=16 кг)).

С пятидесятых годов начинается резкое изменение в их хозяйстве и быту. Большим толчком к этому послужило отчуждение части земли под Николаевскую (Октябрьскую) железную дорогу, а впоследствии – и под Виндавскую (Виндавская железная дорога – Рижское направление Московской железной дороги. Вблизи деревни Марьино располагаются Рижский вокзал и платформа Останкино Ленинградского направления Московской железной дороги).

Население растет. Ремесленники приспосабливаются к требованиям Москвы, а не к помещичьему хозяйству.

Во второй половине XIX в. хлебопашество постепенно кончается, остается и развивается скотоводство, мелочное хозяйство; луговодство вытесняет и заменяет полеводство.

Скота в 1869 г. было:

лошадей – 37

коров – 71

В 1881 г. было:

лошадей – 44

коров – 101

овец – 3

В 1897 г.:

лошадей – 44

коров – 106

овец – 1

коз – 2

свиней – 5

После освобождения (имеется в виду освобождение крестьян от крепостной зависимости в 1861 году) земли было 175,5 га, причем сенокосы занимали уже 130,8 га, в то время как под пашней было 24 га, а под усадьбами – 20,7 га (oбращаем внимание читателей на то, что слово «усадьба» употреблено во множественном числе, соответственно, Шереметевы были не единственной зажиточной семьей в округе).

В первой и второй половине XIX в. были те же ремесла, как и в XVIII в.: позолотчики, иконописцы, резчики по дереву, резчики по кости, столяры, оловянишники, сусальщики. Женщины занимались перчаточным ремеслом, выделывая три сорта лайковых перчаток: грубые рукавицы, перчатки, сделанные полумашинным способом, и тонкие лайковые перчатки, сделанные исключительно на машине.

Еще в начале XIX века они занимались вязаньем чулок и перчаток (прослеживается совершенно четкая ориентированность жителей Марьина на потребительский рынок города Москвы, а также на ремесла, связанные с украшением зданий религиозного культа).

В XX веке мы не видим уже совсем хлебопашества. Молочное хозяйство – после русско-японской войны – начинает уменьшаться, некоторые виды ремесл остаются, как, например, позолотчики, последний из которых – Сергей Дмитриевич Мондрыгин – жив и по настоящее время, но уже не работает (см. его коллекции на выставке).

Война 1914 г. и революция 1917 г. оказали сильное влияние на д. Марьино. Некоторые виды ремесл, как, например, резчики и позолотчики, ликвидируются. Некоторые из них перешли на новый вид работ, как, например, кустарь Кубышкин, который готовит вместо киотов чемоданы, спинки для кроватей, пресс-папье и пр. (Не будем забывать, что в 1920-е годы, в связи с тотальным голодом в стране, в Москву хлынула беднота, которой не в чем и нечего было возить, не на чем было спать. Открывалось множество советских учреждений – «контор», где, как у Остапа Бендера в конторе «Рога и копыта», непременно присутствовали канцелярские принадлежности. А у контор существовали свои общежития, куда в связи с бесконечным «уплотнением» постоянно требовались новые кровати.) Появились и портные.

В настоящее время на оставшейся в распоряжении крестьян земле в количестве 18,53 га (против 175,5 га в 1861 году, см. выше) создали они цветоводство и огородничество.

Под огородами находится 5,45 га, под покосами, пустырями и пр. – 5,1 га, под картофелем – 2,18 га (для сравнения: в 1861 году пашни занимали 24 га, сенокосы – 130,8 га, о пустырях же и вовсе не упоминается, то есть вся земля использовалась по назначению.), под ягодными и фруктовыми садами – 0,54 га и под цветами – 4,1 га.

Из 63 домов в 1929 г. цветоводством занимается… 47 хоз.

Они снабжают цветами не только Москву, но и дачи в ее окрестностях. О их цветоводстве знают в Берлине, Лондоне, Париже, с которыми марьинские цветоводы имеют давнишнюю связь.

Наряду с цветоводством в некоторых хозяйствах развилось промышленное огородничество, где на продажу сеется капуста, помидоры, огурцы и картофель (возможно, именно из этих огородов впоследствии образовался недавно ликвидированный и ныне застроенный жилыми домами совхоз «Марьино» вблизи улицы Кашенкин луг).

В 1929 году коров – 33, коз – 10, лошадей – 7 (Даже с учетом естественной убыли из-за старости, для сравнения, в 1897 году коров было 106, лошадей – 44. Очевидно, скот из разграбленных усадеб и крестьянских «кулацких» дворов пошел банально на съедение. Зато количество коз увеличилось с двух до десяти, что понятно: коза менее хлопотна в уходе, а молока дает на одного-двух человек. С учетом того, что в Москву чаще мигрировали не семьями, а поодиночке – на заработки, с козой явно было проще управиться.).

Вместе с хозяйством менялся и меняется как состав населения, так и его быт.

В 1929 г. количество населения выросло до 874 человек. Из них уроженцев Марьина – 192, пришлых, живущих постоянно, – 182, живущих временно – 112, сезонников – 236, невыясненных – 152.

По социальному составу население распределяется следующим образом: крестьян – 228, рабочих – 325, служащих – 78, кустарей – 36, извощиков – 28, прочих – 27, невыясненных – 152 (Учитывая дурную репутацию Марьиной рощи еще до революции, а уж после революции – и подавно, рискнем предположить, что эти «невыясненные» есть не что иное, как беспризорники, проститутки из ближайших трактиров, воры и прочий пролетариат без определенного места жительства и занятий.).

Деревня в 1926 г. электрофицировалась. Дома – все деревянные, крытые железом. Обычно три-четыре окна выходят на улицу и по одному-по два – в другие стороны. Наверху слуховое окно или светелка, украшены деревянной резьбой (очевидно, эти украшения – дело рук тех самых тридцати шести кустарей-резчиков по дереву.). Все дома одноэтажные, за исключением двух. Один из домов сохранился с начала XIX столетия. Обычный размер домов, без пристроек, – 7,1×7,1 метр. Перед домами палисадники с цветами и деревьями, у палисадников начинает оформляться городской тротуар. На улице появились 2 городских киоска: «Розносчик» и «Красный киоск». Хозяйственные постройки, как сарай для сена, конюшни для лошадей, уничтожены или превращаются в жилые помещения (очень по-советски: хозяев усадьбы уничтожили, лошадей съели, а на место лошадей в скотские условия поселили людей). Один только сарай остался от прежнего быта на основе хлебопашества и скотоводства (на 874 человека – всего один сарай. Потому что в стране наступил голод, и стало нечего хранить).

Экономическая база для населения – Москва, поглощающая их цветы и рабочую силу на предприятиях и учреждениях. Они даже не нуждаются в своих банях: легко доехать до Центральных бань Москвы. Автобус близко, останавливается на одном конце деревни (а теперь представим себе, как эта тысяча человек ездит на одном-единственном маршруте с единственной в деревне остановки в центр Москвы для того, чтобы помыться. С нищенской зарплаты оплачивают и автобус, и баню). На автобусе можно доехать в Большой Театр, в кино, куда обычно выезжают марьинцы, особенно молодежь. Старые и малые слушают радио, не только из Москвы, но из-за границы. Население культивируется, молодежь учится в учебных заведениях Москвы.

Через молодое поколение придет новая жизнь деревни. Оно уже будет доживать свои дни в новом, городском быту. Оно будет вспоминать только о том, как на глазах его доживали свои дни последние могиканы «деревни», с их старым бытом и старой идеологией («Доживать свои дни». Без комментариев).

 

***

*Здесь и далее курсивом в скобках выделены примечания Северян. По возможности, сохранена оригинальная орфография.

 

назад

 

Марфино, Останкино, Бутырский хутор, Марьина роща и окрестности

 

Page 1. Page 2. Page 3. Page 4. Page 5. Page 6. Page 7. Page 8. Page 9. Page 10. Page 11. Page 12. Page 13. Page 14. Page 15. Page 16. Page 17. Page 18. Page 19. Page 20.

 

Лирические отступления

 

 

 

©

 

2

0

1

0

 

C

е

в

е

р

я

н

е

 

Up

 

 

Created by © De Noorderlingen, 2004, 23 April

© 2017-10-12 De Noorderlingen/Северяне